Слово о нашем Директоре

Общество

В памяти его рассказ о большой воде и … кирпичной трубе

Баймакцы называли его не иначе,  как«наш Директор», подчёркивая тем самым глубокое уважение к нему, признание его заслуг и какое-то родство. Баймакским этот человек был более, чем его коренные жители – это можно сказать об Александре Степановиче Манылове. 

Это давнее интервью с ним случайно сохранилось в диктофоне. Но, как известно, в жизни ничего случайного не бывает: наш город готовится встречать 80-летие, 15 апреля Александр Степанович отметил бы своё 90-летие и прошло пять лет, как его не стало. А.С.Манылов – уроженец г. Красноуфимска, в 1953 году, закончив Уральский политехнический институт в г.Свердловске, приехал по направлению на Баймакский медеплавильный завод и навсегда остался в нашем городе. Александр Степанович 40 лет бессменно руководил Баймакским машиностроительным заводом, производство которого стало ведущим в металлургической отрасли страны. Продукция с маркой «БМЗ» расходилась по всему Советскому Союзу и за рубежом. Неоценим вклад, который внёс А.С.Манылов и в развитие социальной инфраструктуры г.Баймака. Другими словами, он строил ставший ему родным город, для нас, баймакцев, для своих детей и внуков. Кстати, внуки — уже третье поколение этой семьи – осваивают ныне профессию деда-металлурга.
Это был не только талантливый руководитель, но и обаятельнейший человек, энциклопедически образованный, влюблённый в поэзию Есенина и с интересом собиравший материалы о Баймакском крае, его достопримечательностях и его людях. Это был интересный собеседник и умелый рассказчик. Знал Александр Степанович много и рассказывал об этом так захватывающе и с такими глубоким проникновением в тему, что не оставалось сомнений в достоверности рассказанных им историй. С некоторых пор я стала носить на встречи с ним свой диктофон. Записи, которые в нём сохранились, думаю, будут интересны баймакцам. Мы говорили о своём крае, его достопримечательностях, частично или полностью утраченных, но хранящихся в памяти баймакцев, в частности, о заводской трубе. Вы её помните? Вот что рассказывал тогда Александр Степанович.
– Почему наш завод построили именно на этом высоком месте, на скалах? Рельеф здесь неровный, мало удобный для того же строительства, а ядовитый дым, что шёл из заводской трубы, травил землю и не давал ничему расти....
– Наоборот, очень удачный выбор! Была такая зарубежная практика, особенно у американцев, у англичан, при строительстве заводов максимально использовать рельеф местности. Для медеплавильного завода рельеф был выбран очень удачный (строил-то завод англичанин). Построен завод на высоком берегу Таналычки: печи внизу, конный двор – наверху. Большой пруд внизу, значит, вода для производства рядом. Над заводом стояла труба, а её система пролегала ниже естественного уровня завода и это обеспечивало хорошую тягу, что очень важно для металлургических печей.
С учётом предыдущей практики, в 1936 году прошлого века была построена новая труба из красного кирпича высотой 75 метров. Ошибись тут в расчётах – и для обеспечения нужной тяги пришлось бы поднимать трубу ещё на 25-30 метров. А это и тогда, да и сейчас – очень большие затраты. Строительство – удовольствие всегда дорогое. А здесь удачно выбранный рельеф намного сократил высоту трубы и, естественно, непроизводительные расходы. Пафос времени отразил лозунг, выложенный на высоте 50 метров: «Кадры решают всё. И.В. Сталин».
– Сколько лет прослужила вторая труба? Она ведь долгое время была визитной карточкой нашего города, по ней, помнится, ориентировались даже самолёты, летавшие в Баймак.
– Ну, считайте, построили её в 1936 году, к концу 60-х обветшала, и мы стали готовиться её сносить. Я очень переживал из-за этого, иногда в день по несколько раз поднимался к трубе. Наметил даже персонально ответственного за предстоящие работы — своего заместителя Василия Илларионовича Бабошкина.
По проекту, который разработали приглашённые специалисты, вокруг трубы должны были поставить леса и разобрать её по кирпичику. На всё отводилось три недели, стоимость работ оценили в 18 тысяч. Если «Волга» стоила тогда 10 тысяч рублей, то деньги, понимаете, немаленькие, даже для завода.
Да не тут-то было: оказалось, кирпичную-то кладку не разобрать. Такая оказалась крепкая. Даже когда наша труба свалилась со своей огромной высоты, из многотонных кусков хоть бы один целый кирпич выпал. Приходили потом люди, пытались поживиться красным кирпичом, но бесполезно, ничего не выковыривалось. Говорят, печные мастера использовали какой-то особый известковый раствор, в который добавляли яичный желток. И кирпич, и мастера были наши, баймакские. Стоял прежде на правом берегу Таналычки кирпичный завод. Вот там и заготовили нам материал, как оказалось, исключительный. За кирпичи лично отвечал мастер К.А.Ржанов.
Ещё интереснее, как валили трубу. Разговоров досужих много ходит, даже в местной газете писали о взрыве. Ничего такого не было. Дело было так: с намеченной стороны, где зубилом и долотом, где пневматическим молотом, стали вырубать один край трубы. Вырубят пустоту и тут же забивают туда деревянную метровую чурку, ещё прорубят – вновь вбивается бревно. Так пробили и заполнили берёзовыми чурками половину основания трубы. Потом облили дрова соляркой – и подожгли. Хороший костёр был! Сгорело всё вмиг. Труба же, потеряв опору, (а махина-то будь здоров, помните: 75 метров высоты и с кладкой метровой толщины!) начала падать. Рухнула она в точно намеченное место, ну может, сантиметров на 40-50 сдвинулась. И сделали это не мастера приезжие, а наши, баймакские люди, и управились они всего за три дня. Вот где талант, а какая соображалка, сметливость удивительная! Но заплатили рабочим честно, по смете: и за чистую работу, и за смекалку, наконец.
Кстати, труба и сейчас бы могла стоять. Только построили её с раструбом – с некоторым расширением наверху. Вот этот край и стал разрушаться, полетели обломки. Они представляли серьёзную опасность, поскольку внизу всегда находились люди. Не раз рабочие лазали на трубу, чтобы осмотреть и оценить состояние козырька. К сожалению, как говорится, «процесс пошёл».
Я тоже пытался подняться наверх. По трубе шли скобы, как лесенка. Цепляясь за них, сумел подняться метров на 15. На большее меня не хватило. У меня высотобоязнь: потому скорее пошёл вниз. В связи с этим один случай вспомнился. Он заставил меня весьма поволноваться, потому и врезался в память.
... Из окна своего кабинета увидел, что к трубе сбегаются люди. Было это за год, как трубу убрать. Докладывают, что с большого бодуна на неё забрался рабочий с силовой станции и требует поднять ему зарплату. Иначе грозится спрыгнуть, и директора посадят в тюрьму. 
Ситуация, прямо скажем, аховая. Представьте: на высоте 75 метров бегает какой-то человек и что-то кричит. Он в любой момент может сорваться, может обломок вниз спихнуть, а внизу-то люди. Опасность реальная, поверьте! Мы, чтобы обломки трубы не наделали бед, вдоль трубы подняли специальный настил из досок- сороковок, причём в два слоя. Потом ещё слой досок положили, потому что иногда куски кирпича две сороковки пробивали насквозь! Вот и представьте, что творилось у меня в душе при виде того «верхолаза». А тот, как оказалось, действительно пил всю ночь с друзьями, к утру «созрел» до вот такой глупости, как шантаж.
Директор я тогда был молодой, понятное дело, растерялся и испугался серьёзно. Не согласишься на требования шантажиста — вдруг и правда возьмёт и спрыгнет. Согласишься – где гарантия, что потом ползавода не полезет на трубу с бредовыми требованиями? Но у меня хватило ума просто взять и позвонить в милицию. Однако, этот верхолаз, видимо, начал трезветь. Сверху он увидел подъезжающий «воронок», сбежал с трубы и спрятался на силовой станции под деревянным диванчиком. Оттуда его милиционеры и вытаскивали. Под руки – и в вытрезвитель. Больше подобного шантажа не было.
– Интересно, куда обломки трубы убрали? Они ведь вскоре исчезли с территории завода.
– О, это ещё одна интересная история, о которой надо обязательно вам рассказать. Ведь заводская труба сослужила ещё одну и последнюю добрую службу, причём мужественно исправляя огромный ляп, допущенный людьми. 
Свалили трубу, помнится, где-то ближе к осени, а к весне следующего года специальные республиканские службы предупредили, что весна ожидается очень дружной и возможен большой паводок с угрозой размыва мостов и плотин. Собралось бюро райкома партии во главе с «первым». Все люди солидные, с опытом, но, как оказалось, мы были мало сведущи в вопросах экологии и охраны природы. Но выступает перед нами специалист из Уфы, говорит аргументированно, оперирует фактами и цифрами, всё у него разрисовано и показано на ватмане. По его выводам получается, что наш регион под угрозой большого наводнения: в реку Таналык хлынут воды озера Талкас, затопит деревни ниже, под угрозой город. Он убеждает, что лучше не ждать большой воды, принять меры предупредить её. Для этого предлагает такое кардинальное решение: спустить воды озера Талкас заранее, расширив русло вытекающего из него ручья. 
На свою голову, приняли мы такое решение. На озеро загнали экскаватор, подогнали сюда новенькую пилу для земляных работ и давай пилить ещё мёрзлую землю. И сделали-таки, как предлагал столичный специалист, русло в 4 метра шириной.
Спокойные, ждём теперь тепла. И вот пришла весна, действительно, дружная, с большой водой, что хлынула в озера со всех наших гор и равнин. Талкас вмиг почернел и взбух. Увы, силища у горных потоков была такая, что они в один момент размыли то русло и вширь, и вглубь. Вся вода из озера хлынула вниз, прихватила потоки с Серек-куля, вздыбила озеро Графское и пошла на Баймак. Тут вешние воды пошли над мельничным мостом, следом слетела заводская запруда, а за ним и пруд в заводских садах, который мы построили в 1967 году. Словом, беда: город разделило водой надвое. Кто-то не мог добраться на работу на правый берег, у кого-то дом, дети, скот остались на левом. И не на один день.
Конечно, на Талкасе сразу же были организованы спасательные работы. Однако, так просто усмирить разбушевавшуюся стихию было невозможно. Что не сбрасывалось в грохочущее горло русла, поток уносил моментально. А русло ещё и расширялось прямо на глазах. Бетонные 6-метровые плиты поток унёс и выбросил далеко за деревню Исяново. Вот какая сила была у воды! Туда же отправились и сброшенные валуны, что были доставлены из Сибая. Тут-то и вспомнили об обломках нашей трубы. Беда была только в том, что заводские машины их бы не подняли. Обратились в Сибай с просьбой предоставить нам КамАЗы. И, как обычно, соседи нам не отказали. Подогнали машины, большой кран. Обломки трубы подняли на самосвалы и переправили к озеру.
Не перестаю восхищаться водителями, что сидели тогда за рулём машин. Они ведь должны были подъехать к самому краю бушующего русла и точно сбрасывать свой груз, и потому риск был огромный! Однако, ребята справились с заданием отлично. Первые бесформенные, заострённые обломки кирпичной трубы полетели в бурлящие воды и накрепко воткнулись в землю. Озверевший поток, осваивая новую добычу, на какой-то миг притих. Достаточный, чтобы мы успели к обломкам трубы скинуть всё, что заготовили, и перекрыть русло. Вода остановилась, озеро успокоилось, и мы смогли наконец-то передохнуть.
Сейчас вот прикидываю и понимаю, что тот паводок мог наделать намного больше бед, чем уже успел. Урок мы получили тогда более чем наглядный. Так что заводской трубе, когда-то достопримечательности нашего города, тем, кто её строил, и тем, кто потом так аккуратно «положил» её на пустырь, нужно ещё раз низко поклониться и вспоминать добрым словом.

Г. НИГАМАТОВА, ветеран районной газеты.



16.04.2018

0
62


0
Оставить комментарий